... и родить - нельзя погодить



Кому приходится ездить в условиях больших городов, хорошо известно, что найти туалет здесь даже на окраине проблематично, а в центре попросту нереально. Современными будками биосортиров оборудованы исключительно вокзалы, автостанции, некоторые кафе и другие заведения, которые, как правило, располагаются не поблизости шоссе, и найти их - еще задача сама по себе, тем более, если в этом городе Вы проездом и совершенно не знакомы с местными ориентирами. Принято считать, что ребенка можно под любое деревце сводить, а взрослый и потерпит, но бывают экстренные ситуации, когда потерпеть-то как раз и невозможно, когда, как говорится, промедление смерти подобно. Причин тому в наше время множество, от некачественной пищи и нарушений пищеварения до массы лекарств, имеющих побочный эффект, выраженный в подобном роде. Что касается моего случая, он относится к последней категории. Антибиотики, которые мне приписал лечащий врач, не стоило принимать, собираясь в дорогу. Но я как-то проигнорировала это предостережение, да и понадеялась на русский авось, что успею закончить свои дела и вернуться домой раньше, чем может все начаться. Обычно у меня никогда не было проблем с этим делом, вот я и стала жертвой собственной самоуверенности, позабыв, что никто не застрахован от случая.

Первые позывные грядущей катастрофы начались еще на междугородней трассе, когда я только подъезжала к городу, куда меня позвали личные дела. Меня такая неожиданность несколько насторожила, но я не придала ей должного значения, хотя на пустынном шоссе, среди полей и лесопосадок, решить проблему можно было бы гораздо проще. Когда же вокруг меня бушевал шумный город, и окружали массивы жилых кварталов, было уже поздно, но мой кишечник определенно требовал принятия соответствующих мер. Это случается по-всякому, бывает сильное напряжение, колики и рези в животе, просто неприятное побуждающее нытье, а тут вообще раздуло, словно воздушный шар, даже в глазах потемнело. Терплю, скрипя зубами, а что мне делать остается? Да еще, как назло, на этом участке дороги остановка запрещена. В прочем, через несколько минут, показавшихся мне вечностью, я уже стала инстинктивно искать глазами хоть что-то подходящее, полностью пренебрегая запретом. Пусть штрафуют, лишь бы какое-нибудь заброшенное здание, захламленная подворотня или просто густые кусты попались!!! Ничего не видно, а надувание «воздушного шарика» продолжается вместе с растущим ощущением, что тебя вот-вот разорвет на куски. Этому еще и тряска с монотонной вибрацией двигателя способствуют. Остановиться бы, но где?

Мне было уже на все плевать, увидела первый попавшийся поворот во двор жилого дома еще старинной архитектуры и, не обращая ни малейшего внимания на знак «въезд запрещен», воспользовалась счастливой случайностью. При этом я заметила, что во дворе стоит несколько машин, значит, им сюда каким-то образом попасть было можно. А в глазах уже совсем потемнело, прямо по центру видимости радужные круги пульсируют, дыхание перехватывает, в голове звенит. Не знаю точно, что такое состояние аффекта, но, думаю, в тот момент мною овладело нечто похожее. Я двигалась, как зомби, никого и ничего вокруг не видя, с единственной мыслью найти открытый подвал или подсобку для мусорного контейнера. А вокруг находились люди, и, надо полагать, наблюдали за мной со стороны, хотя мне было это абсолютно безразлично. Вот оно, спасение! Железная дверь мусоросборника смежного с подсобкой для дворников оказалась открытой, я рванулась в нее с такой прытью, словно спасалась от тигра - людоеда, сбежавшего из местного цирка. А тут темно, хоть глаз выколи, это потому что я со света в полумрак резко попала, и еще по причине сияющих кругов перед глазами. Наугад устроилась под стеной и… О, разве может кто-то постигнуть, что такое настоящее блаженство, не испытав того, что испытала я в тот блаженный миг!..

Сразу на душе посветлело, в глазах тоже, так и захотелось воскликнуть во весь голос: «Жизнь прекрасна!». Сижу, пытаюсь отдышаться и сосредоточиться, глаза привыкают к темноте, и начинаю уже различать отдельные предметы. Труба мусоропровода с контейнером, в углу напротив лопаты, метлы и прочий инвентарь аккуратно сосредоточен, чуть дальше столик, два стула, а на них сереющие силуэты. Немую сцену, наконец, нарушил женский голос слегка «подшафе»: «Ну, ты, мать, даешь!», а следом другой, тоже женский, но под значительно более солидными градусами: «Кронты Петровичу, проснется, охренеет». После чего сразу последовал звук наливаемой в стакан жидкости и тост: «Ну, давай еще по одной и пойдем сквер подметать». Я совсем оцепенела, оказывается, здесь дворники бутылку давили, так сказать, у них как раз обеденный перерыв был. Они выпили, и одна из них мне газету протянула: «На, мать, бумажку» и ржут обе, как лошади. Но стоп, а кто такой Петрович, о котором речь шла, и почему ему кронты? Я автоматически привожу себя в порядок, резво одеваюсь, оглядываюсь и чувствую, как хочется провалиться сквозь землю. Подо мной оказался спальник из кучи разномастного тряпья, на котором сладко изволил почивать, перебравший лишку, тот самый дворник Петрович. Причем, перебравший крепко, поскольку даже мои действия нисколько не потревожили его сон. А что будет, когда проснется…

Сама не в себе, я, как сомнамбула, двинулась к выходу мимо двух ухахатывающихся дворничих, бормочущих по поводу того, что таких, мол, номеров и в цирке не увидишь. Не помню, как оказалась в машине, завела двигатель и вырулила на трассу, влившись в общий поток движения. Полностью оправилась от шока, лишь преодолев несколько кварталов. Уже оставалось недалеко до цели моего визита, я миновала кольцевую дорогу с крытым рынком внутри, проехала мимо роскошного здания государственного университета и оказалась на территории нужного мне микрорайона. Тут мне пришлось припарковаться и постоять с четверть часа, потому что ехать просто не могла некоторое время. Я вдруг поставила себя на место тех двух дворничих и представила, как все выглядело со стороны. Сидят две труженицы, выпивают после половины тяжелого рабочего дня, отдыхают, и тут врывается вихрем какая-то мадам и, не обращая ни малейшего внимания на них, садится, извините за выражение, оправлять свои естественные надобности. Да не просто оправлять, а именно делать это на спящего дворника. От хохота у меня чуть руль в руках не согнулся. Насмеялась до слез, даже испугалась, как бы от смеха опять не приспичило. Дальше уже все прошло благополучно, и вечером того же дня я была дома. Теперь у меня железное правило – никаких лекарственных препаратов в дорогу! И пусть меня простит великодушно тот Петрович и две его сотрудницы, у меня действительно просто не было другого выхода, ведь, как гласит народная многовековая мудрость, делать оное дело и родить – нельзя погодить. А что делать, это - жизнь.